"Шариатские дружины": пока еще в Лондоне.

"Шариатские дружины": пока еще в Лондоне. - Персональный сайт Михаила Делягина

В некоторых мусульманских районах Лондона уже несколько недель действуют "шариатские дружины" радикальной исламской молодежи: с наступлением темноты они выходят на улицы и принуждают прохожих к соблюдению норм шариата. Насколько можно понять по выложенным в Интернет видеоотчетам, пока это это сводится к конфискации и уничтожению спиртного, а также к принуждению женщин к соблюдению норм шариата в одежде: "Ты не можешь находиться в таком виде в районе, где есть мечеть", - говорят они.

Известный российский экномист Михаил Делягин указывает на это как на проявление общей тенденции "радикализации ислама в условиях слабости светского государства и отсутствия решительной общенациональной идеологии".

Михаил Делягин подчеркнул, что во многих районах России, насколько можно судить, в условиях лишения доступа граждан к светскому правосудию уже действует шариатское судопроизводство. Кроме того, события в Лондоне бросают новый свет на отчаянные стихийные протесты москвичей, в разных районах российской столицы решительно протестовавших против решений властей о строительстве новых мечетей. "Есть наглядная угроза, что мечеть сегодня - это шариатские патрули послезавтра", - отмечает экономист.

Компенсационный налог — единственная альтернатива гражданской войне - Персональный сайт Михаила Делягина

Компенсационный налог единственная альтернатива гражданской войне -
Персональный сайт Михаила Делягина

Великая ложь приватизации, как и других либеральных реформ, — тяжелейшего преступления против России со времен нападения Гитлера, — должна быть разоблачена и исправлена.

Приватизация 1990-х была не просто грабительской, но кровавой. На наших кладбищах вопиют к небу целые кварталы могил погибшей тогда молодежи. Криминальный беспредел был во многом связан с массовым захватом общенародной собственности, устроенным для прикрытия передачи ее лучшей части в руки «нужных» людей. Лишь через 20 лет после начала либеральных реформ, в феврале 2012 года, Путин признал несправедливость приватизации и, пусть и в общей форме, указал на необходимость урегулирования ее последствий.

Приватизация была нужна либералам, чтобы обогатиться самим и выкормить свою опору — класс спекулянтов, ставший «офшорной аристократией». На это пошли не «ничьи», как нам лгут уже два десятилетия национального предательства, а наши деньги: в Советском Союзе прибыль эффективных госпредприятий шла на финансирование «общественных фондов потребления» — бесплатного образования, бесплатного здравоохранения, бесплатного жилья, почти бесплатного отдыха, — о принципиальной невозможности которых твердят либеральные пропагандисты.

Да, если рассовать прибыль лучших предприятий по карманам олигархов, народу не останется ничего. Но крупный госсектор позволяет создавать общественные, а не только частные блага. Недаром падение уровня жизни, начавшееся в 1990–1991 годах, стало необратимым именно в ходе приватизации, — и выезжающие в «замкадье» видят: большинство россиян даже сегодня живут хуже, чем при «проклятых коммуняках».

Приватизация шла отнюдь не «по закону», и «правовой нигилизм», на который любят сетовать либеральные реформаторы, вызван их собственными действиями.

Ее главный итог — раскол общества на ограбленных и ограбивших.

Эта пропасть разрывает живую ткань нашей страны. Единство России должно быть восстановлено, ибо разорванным телом нельзя сделать ни одного шага: такова жизненная потребность нашего народа. Но стихийное засыпание этой пропасти, как мы помним по «красногвардейской атаке на капитал» и гражданской войне, засыпает в ней массы ни в чем не виноватых людей.

Лозунг «грабь награбленное» уничтожает экономику, а рабочие знают, что завод-кормилец выше справедливости.

Между тем способ цивилизованного восстановления единства нации есть, хотя и требует ответственного, а не офшорного государства.

После «дешевой приватизации», проведенной в Великобритании Тэтчер, английское общество потребовало восстановления справедливости. Выходом стал налог на не заработанное, а «надутое ветром», как тогда говорили, богатство — компенсационный налог в размере разницы между стоимостью актива и платой за него в ходе несправедливой приватизации.

В России разумно ограничить применение компенсационного налога источниками сверхприбылей, прежде всего приватизированными в рамках залоговых аукционов — кристально чистого и прозрачного преступления.

В 1995 году самые сладкие куски экономики были переданы в частные руки в обход Госдумы: Ельцин подписал указ в августе, когда депутаты были на каникулах.

Залоговыми аукционами сохранили Ельцина у власти, создав олигархов, которым отдали лучшие предприятия так, чтобы все понимали: если победит Зюганов, им вернут этот кредит, а предприятия — государству.

Схема залоговых аукционов проста: в бюджете нет денег, надо взять кредит у бизнеса, дав ему в залог под этот кредит лучшее, что осталось в госсекторе. Кредиты предоставлялись в основном из средств бюджета, размещенных в олигархических банках: государство отдавало свои активы за свои же деньги.

Идея компенсационного налога возмущает либералов: как можно облагать им добросовестного приобретателя, купившего у приватизатора заведомо краденый комбинат?

Но перекупающий у жулика часы за 10% их стоимости знает, что он делает. И в случае завода спекулянты точно так же знают, что перекупают краденое, — и несут связанные с этим риски.

Другая проблема компенсационного налога в том, что он нанесет предприятиям серьезный и внезапный ущерб. Так как справедливость — инструмент созидания экономики, а не ее разрушения, плательщик компенсационного налога должен иметь право отдать его не деньгами, а «натурой», то есть акциями. Это накажет владельцев-«паразитов», отделив их от тех, кто своими усилиями повысил капитализацию.

Россия стоит сейчас перед выбором не между компенсационным налогом и сохранением status quo, а между ним и беспощадной, разрушительной революционной конфискацией.

Компенсационный налог — единственно доступный цивилизованный путь к укреплению и частной собственности, и рынка, и справедливости. Это путь к гармонии — и социальной, и экономической.

Хотя либералы, уподобляющие критику олигархов чуть ли не антисемитизму, а чтение Уголовного кодекса — призывам к сталинскому террору, вероятно, не захотят осознать это.

Автор — директор Института проблем глобализации

Белоголовцев взрывает рамки программы "Пусть говорят"

Лукашенко - Западу: "Вы зачем, простите меня, Египет раком поставили?" - - ИА REGNUM

Лукашенко - Западу: "Вы зачем, простите меня, Египет раком поставили?" - - ИА REGNUM

Корреспондент из Германии попросила Лукашенко перечислить претензии официального Минска к Евросоюзу. Лукашенко ответил, что не готов дать обстоятельный ответ на данный вопрос, однако желает высказаться по претензиям ЕС к официальному Минску. Зря, по мнению Лукашенко, на Западе составили список белорусских политзаключенных и требуют их освобождения и реабилитации. "Ну вы же туда и бандитов, и хулиганов туда позаписывали!" - возмутился Лукашенко. Он назвал неприемлемыми требования к себе со стороны Запада освободить политзаключенных, т.к. есть закон, и аналогичные требования не предъявляются канцлеру Германии и президенту Франции. Руководитель республики обратился к событиям президентской кампании 2010 года, закончившейся 19 декабря подавлением митинга в центре Минска.

По словам Лукашенко, в Белоруссию приезжало немало западных эмиссаров, которым он задавал такой вопрос: "Скажите, пожалуйста: если бы в вашей демократической Германии, Франции или Англии с кайлом, будь то кандидат в президенты - это вообще немыслимо, чтоб кандидат в президенты в Германии сошел с ума и пошел ломать дверь! Это кандидату в президенты, который с ним конкурирует - плата бы была. А у нас пошли - кайлом разбили, окна разбили, двери выломали, устроили массовые беспорядки там - это ж мы показывали. Ваши каналы показывали, "Евроньюс" в том числе, и так далее. Как бы вы поступили? Ну да, посадили бы. А прочему вы нас в этом упрекаете? Ну вот я один пример беру - и вы нам предъявляете претензии".

Лукашенко обратился к примерам конфликтов в Северной Ирландии, где было "массовое побоище, применили слезоточивый газ, погибли люди". Тогда в мороз людей поливали водой, а в Белоруссии водомёты ни разу не применялись. "Вы начинаете от нас требовать нереализуемое", - сказал Лукашенко, обращаясь к журналистке западной радиостанции.

"Я задаю вам вопрос: ну коль вы такие демократичные, вы цените человека, его свободу, его жизнь - вы зачем Ливию разбомбили? Французы были в авангарде этого. Вы зачем, простите меня, Египет раком поставили? Вы зачем Ирак уничтожили? И вы даже ни перед кем не извинились - не то что перед общественным мнением, вы даже перед иракцами не извинились - какое вы там оружие нашли? Что творится в Афганистане? Почему вы от нас требуете непонятно что, а сами творите на порядок, бесчинствуете больше в мире, чем те претензии, которые вы нам предъявляете? Вот в чем вопрос!"

Лукашенко предложил решать проблемы за столом переговоров, отметив, что нормализация не нужна оппонентам официального Минска. Евросоюз сделал 232 представителя официального Минска "невъездными". "И даже моих детей! - воскликнул Лукашенко. - Спросите: "За что?"

"Вы что, с ума там посходили что ли там? И вы хотите, чтобы со мной был у вас нормальный диалог - с Белоруссией? Я могу вам перечислять таких дикостей сколько хотите", - возмутился Лукашенко, комментируя запрет на въезд своих сыновей в Евросоюз. Также недопустимо, по мнению Лукашенко, включение в список невъездных на Запад белорусских судей.

"Вы осуществляете давление и по экономическим направлениям. Увидели около президента Петрова-Сидорова - "режим финансирует!" Да я никогда ни у одного бизнесмена не взял ни рубля, ни копейки для себя денег! Никогда! И никто меня в этом не упрекнёт!" - добавил Лукашенко, отметив, что Запад таким образом уничтожает конкуренцию.

"Вокруг нас сегодня кругами ходят и зубами щелкают, как голодные волки - и их стаи, - сказал руководитель Белоруссии. - Нам нужен мир и покой. Раздрай будет означать немедленную гибель нашего государства", - подчеркнул Лукашенко.

Подробности: http://regnum.ru/news/fd-abroad/1613265.html#ixzz2I480FC8r
Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM 

Путину устроили обструкцию

Путину устроили обструкцию
21 декабря, 04:02 | Ирина ВОЙЦЕХ

Владимир Путин провел 20 декабря первую после избрания на высший государственный пост большую пресс-конференцию. Вопросы получились интереснее ответов.
На самом деле вопрос был один-единственный: о "сиротском законе", которым российские законодатели решили ответить Америке. Это было первое, о чем спросили президента. Потом этот вопрос задали еще семь (!) раз.

Путину нечасто задавали неудобные вопросы, но время от времени такое случалось: и про Ходорковского спрашивали, и про митинги. На этот раз журналисты откровенно троллили президента. Это был их способ дать понять Путину: полученный ответ их не устраивает.

Дольше всего президент отвечал Ксении Соколовой из "Сноба". Дело не в наших чиновниках, которым американцы что-то запрещают, за державу обидно, внушал президент – российским наблюдателям не позволяют следить за судьбой усыновленных детей. Соглашение об этом есть, но оно не исполняется. "Дурочку включили просто, и все", – горячился Путин. А сами в Гуантанамо годами держат людей без предъявления обвинения. "Вы представляете, что если бы у нас хоть что-нибудь такое было?"

Однако Александр Колесниченко из "Аргументов и фактов" настаивал: принятые Госдумой поправки "запредельные, неадекватные, и людоедские". А люди, которые говорят, что у нас уже достаточно средств для того, чтобы ухаживать за своими сиротами, "они нас и вас обманывают". Путин терпеливо повторил, что речь не о людях, а об отношении американских властей, которые российских представителей даже в суд не пускают.

Пресс-секретарь президента поспешно переключился на корреспондента газеты "Кузбасс", а потом плавно перевел русло беседы в Мордовию, где сверхпланово взрастили тонны сахарной свеклы. Президент явно отдыхал душой на вопросах региональных СМИ, жаловавшихся на бедность, неустроенность и отсутствие государственной заботы. С очевидным удовольствием он обещал разобраться, выделить финансирование, решить вопрос и навести порядок.

Но президента все время выбивали из привычного русла. Как только микрофон перешел Инессе Землер из "Эха Москвы", та предприняла новую атаку: "Вы поддерживаете полный запрет на усыновление американцами российских детей? Через неделю документ ляжет к вам на стол, вам предстоит принять решение, подписывать его или нет".

"Я деталей не знаю. Я текста не видел. Мне надо его посмотреть", – уворачивался Путин. Но журналисты никак не соглашались оставить тему. Корреспондент телеканала "Россия" Сергей Брилев подсчитывал: даже если каждый из депутатов Государственной думы возьмет двух детей, 450 умножить на два – это 900, а не 956 детей (столько американцы взяли в прошлом году): может быть, имеет смысл пересмотреть российско-американское соглашение? Но Путин явно не был готов поступиться принципами: "Если президент США так легко соглашается со своими законодателями, почему вы считаете, что президент России должен поставить под сомнение то, что делают законодатели Российской Федерации?"

Глубокое непонимание, возникшее между президентом и отдельными гражданами, рождалось в той точке, где государственные интересы пересекались с интересами конкретного ребенка. Которыми, во имя политической целесообразности, решено было пренебречь. Глава государства не считал необходимым делать вид, что частное может быть важнее общего. Отдельные граждане соглашаться на такое пренебрежение категорически отказывались.

Многие резко возражают против поправок, а некоторые даже на улицы выйдут. Важно ли для Путина мнение активной части общества, допытывался Антон Желнов (телеканал "Дождь"), явно намекая на возможность очередной волны протестных выступлений. Важно, признавался Путин. Но дать адекватный ответ американским властям – еще важнее. "Я уже говорил, чего же повторять-то в третий раз?" – недоумевал он.

"Новая газета" попыталась зайти с другой стороны. "Вы как-то сказали, что 100 тысяч подписей – это уже законопроект", – напомнила Диана Хачатрян Путину одно из его предвыборных обещаний. "Новая" за два дня успела собрать 100 тысяч подписей против принятия "сиротского закона". Такое предложение должно быть рассмотрено в Госдуме, подтвердил президент. Он явно не сомневался в том, какое решение примут депутаты, которые, даже будучи мертвыми, голосуют в соответствии с решением партии.

К третьему часу явно подуставший лидер попытался получить передышку, обратив взор на девушку с портретом кота: "Что там у вас за зверюшки?" Оказалось, что девушка не про зверушек – она снова с вопросом "про детишек", и увернуться от него было уже очень трудно. Наконец, представитель Los Angeles Times отметил, что за три года можно было бы уже разобраться, что же, собственно, случилось с Сергеем Магнитским, с гибели которого все началось. И получил вполне ассиметричный ответ: "В американских тюрьмах люди не умирают, что ли?". Президент явно устал и начинал злиться.

Действительно, восемь вопросов об одном и том же – это не пресс-конференция, это уже допрос. Вряд ли журналисты сговаривались о таком заранее: практически каждый старался попутно задать еще один "содержательный" вопрос который, судя по всему, был заранее заготовлен редакцией. Но по факту они выступили уже не как профессионалы, а как представители оппозиции. Это заметил и Путин. "Вы же все-таки представляете либеральный спектр нашего общества", – подчеркнул он, отвечая сразу на несколько вопросов о домашнем аресте для фигурантки дела Минобороны Васильевой. Совсем недавно либералы требовали не сажать в тюрьму по экономическим преступлениям до приговора, напомнил он, призывая оппонентов быть последовательными.

Любопытно, что "сиротский" закон затмил Pussy Riot, о которых на пресс-конференции ни разу не вспомнили. И дело Pussy Riot, и "сиротский закон" олицетворяют в глазах либеральной общественности одну и ту же проблему – неготовность государства считаться с правами и потребностями личности. С теми самыми "правами человека" которые, в понимании российской бюрократии, являются исключительно инструментом политического давления. Но при этом "панк-молебен" Pussy Riot несет с собой определенные репутационные издержки (все-таки это была провокация), а вот ребенка обидеть, да еще сироту – это уже последнее дело.

Еще очень показательно, как четко центральные СМИ и журналисты из регионов разделились на два лагеря. Федеральные издания и телеканалы забрасывали президента по преимуществу острыми вопросами, представители регионов соревновались в умении сказать что-нибудь верноподданическое. Путину передавали привет от Ани из города Якутска и звали в Кузбасс добыть 200-миллионную тонну угля, приглашали в Астрахань на подледную рыбалку и просили поздравить дочку. Вряд ли нужны более красноречивые свидетельства усиливающейся поляризации общества.

Впрочем, и в провинции, судя по некоторым признакам, не все так гладко. "Маша, садись, пожалуйста". "Спасибо, Вова".


Постоянный адрес статьи:
http://www.utro.ru/articles/2012/12/21/1091048.shtml

Ученый совет филфака МГУ заявил о разгроме гуманитарного образования

Ученый совет филфака МГУ заявил о разгроме гуманитарного образования

Члены ученого совета филологического факультета МГУ выступили с заявлением протеста против политики «разгрома российского гуманитарного образования», которую проводит Минобрнауки. Обращение филологов — декана Марины Ремневой, заместителей декана и заведующих кафедрами, профессоров и доцентов, кандидатов наук и докторов опубликовано на сайте «Православный мир». Оно было единогласно принято на заседании ученого совета 22 ноября. Подписанты выражают недоверие чиновникам всех уровней, которые разрабатывают и реализуют такую образовательную политику, и требуют начать широкую дискуссию о выходах из сложившейся ситуации. Они также требуют предать гласности информацию, которая позволит «оценить эффективность деятельности Министерства образования за последние 20 лет и уровень нанесенного им ущерба». Речь идет о данных о количестве закрытых школ, о размерах финансирования программ Минобрнауки и о результатах ЕГЭ.

По мнению членов ученого совета филфака, катастрофа в образовании уже произошла, потому что власть «сознательно и целенаправленно конструировала это “качественное обновление образовательной ситуации”». В недавно утвержденной правительством программе развития образования до 2020 г. единственный качественный показатель оценки уровня образования базируется на результатах ЕГЭ и рассчитывается как «отношение среднего балла ЕГЭ (в расчете на 1 предмет) в 10% школ с лучшими результатами ЕГЭ к среднему баллу ЕГЭ (в расчете на 1 предмет) в 10% школ с худшими результатами ЕГЭ», отмечают они. Русская классическая литература уже не выполняет роль культурного регулятора образовательного процесса, уровень ее преподавания резко упал, учащихся больше не стремятся учить мыслить самостоятельно и излагать свои мысли, создаются условия для деградации учительского корпуса. «Естественно предположить, что цель такого среднего образования — создание потребителя, «управляемой массы», — делают вывод филологи. Филологическое образование сворачивается и в вузах как «ненужное», пишут они. Также за образовательной политикой преподаватели филфака видят «стремление власти снять с себя возможно большую часть обязательств по финансированию образования, а в перспективе сделать его частично или полностью платным».

Власти реализуют свою политику, создавая «подконтрольные и хорошо финансируемые вузы», которые должны были выдвинуть программу образовательных реформ. Авторы обращения отмечают, что «эту роль в основном сыграла ВШЭ». Также в числе инструментов властей они упоминают «конструирование подконтрольной группы “инновационно мыслящих” педагогов» и иных представителей общественности, которой был предоставлен режим наибольшего благоприятствования как в СМИ, так и в структурах, подконтрольных Министерству образования. Сложившуюся в СССР систему взаимоотношений школ и университетов власти пытались дискредитировать как коррупционную, отмечают члены ученого совета. Также они упоминают объявление «неэффективными» с точки зрения Минобрнауки ряда гуманитарных вузов, в числе которых РГГУ и Литинститут. По мнению филологов, эти вузы признали «неэффективными» по «анекдотически неадекватным критериям», разработанным ВШЭ, и это тем не менее нанесло их репутации существенный урон. В обращении говорится, что вследствие образовательной политики уровень коррупции не снизился, а резко вырос, а ЕГЭ в нынешней форме позволяет поступать в вузы «откровенно неграмотным» абитуриентам.

Одной из причин выбора такой образовательной политики преподаватели МГУ считают понимание властей, что «управление общественным сознанием осуществляется тем легче, чем ниже уровень образования».

Читайте далее: http://www.vedomosti.ru/politics/news/6554591/uchenyj_sovet_filfaka_mgu_zayavil_o_razgrome_gumanitarnogo#ixzz2DVBYBk4J

Кадровый Голодомор

Кадровый Голодомор - Персональный сайт Михаила Делягина

Прошедшая неделя оказалась урожайной на громкие отставки и назначения. Сначала грянула отставка Анатолия Сердюкова и сенсационное назначение министром обороны Сергея Шойгу. Вслед за этим исполняющим обязанности главы Подмосковья был поставлен глава фракции «Единой России» в Госдуме Андрей Воробьев - сын сенатора Юрия Воробьева,долгое время бывшего заместителем Шойгу и находящегося с ним в близкой дружбе. Эти назначения явно продемонстрировали, что на самые ответственные направления по-прежнему ставятся давно проверенные лояльные кадры. В то же время они свидетельствуют как о дефиците кадров, так и о серьезной боязни кремлевского руководства ошибиться в выборе.

Интернет загудел. «Кого еще может заменить спасатель Шойгу - главу Минфина? Главного санитарного врача? Директора Большого театра?», - рассуждали пользователи социальных сетей. «Получается, что в запасе был только Шойгу», - анализировали в Twitter. - А ведь это уже даже не кадровый голод, это - кадровый Голодомор! Есть Шойгу, и больше никого нет», «Такое ощущение, что Шойгу Superman или Batman. В России 150 млн человек, а в политике и сборной по футболу одни и те же».

Представители власти попытались отмести разговоры о кадровом голоде. Например, еще один назначенец, уже теперь на место Воробьева, депутат Владимир Васильев на заседании фракции заявил: «Кадровая скамейка – огромна. Сегодня в этом зале находилось много людей, которые могут быть достойными того, чтобы уверенно выполнять курс, намеченный президентом».

Оптимизм Васильева, однако, очень напоминает попытку успокоить самих себя. У власти не существует какой-нибудь серьезной кадровой скамьи, уверен независимый политолог Павел Салин. «Дело с кадрами обстоит очень плохо, если власть начинает выбирать из тяжеловесов, - полагает политолог. – И, как мы видим, если нужно закрыть такие тяжелые серьезные направления, как Московская область и Министерство обороны, то призывают именно тяжеловесов. Но в принципе кадровая скамья нынешней питерской элиты уже исчерпана. Дело в том, что власть выдвигает при назначении на высокий пост целый ряд критериев к претендентам на должность. И можешь рассчитывать на ряд должностей только в том случае, если этим критериям удовлетворяешь. В первую очередь ценится именно политическая лояльность. Поэтому с точки зрения кадровой политики нынешняя власть заходит в тупик».

«СП»: - Но ведь в Кремле не раз говорили о мощном резерве.

- Никакие кадровые резервы и «золотые сотни» пока не спасают. Да, и в эти сотни люди попадают не столько благодаря своим собственным успехам и профессионализму, сколько благодаря определенной протекции, они уже пользуются чьей-то поддержкой. Так что это не столько карьерные достижения, сколько опека влиятельного политика, который и включил их в эту «сотню».

Новым кадрам в нынешней российской политической системе просто неоткуда появиться, считает директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко.Условия для выращивания сильных профессиональных лидеров в нашей действительности отсутствуют. «Потенциально популярные люди и сильные управленцы могут появиться, например, с помощью выборов по одномандатным округам в Госдуму, - говорит политолог. - Но такие выборы ликвидировали. Кроме того, это могут быть популярные эффективныегубернаторы. Но губернаторские выборы у нас были отменены. Их вернули только недавно, и пока на них выигрывают достаточно слабые фигуры». Так что очень короткая скамейка и кадровый голод – совершенно прогнозируемые явления. «Много говорилось о кадровом резерве, списках талантливых управленцев, которые существуют в распоряжении федеральных властей, - отмечает Евгений Минченко. - Но это хорошо работает лишь на уровне замминистра или руководителя департамента. И достаточно многие люди из кадрового президентского резерва туда пришли вполне эффективные. Но министр обороны — это совсем другая штучная работа, которая требует совершенно другого уровня, доверительных отношений, и в первую очередь с президентом».

В нынешних условиях нет условий для воспроизводства новых кадров из-за коррупционности общества, отмечает экономист, директор Института проблем глобализации Михаил Делягин.«Когда основная функция государства – воровство, то это вполне закономерно, - поясняет эксперт. – Ведь, когда вы занимаетесь строительством, любой помощник дополнительный для вас - это большой плюс. А вот, когда вы разворовываете ранее созданное, то любой помощник – это помеха. Поскольку в этом случае вам меньше достанется. Поэтому когда вы уничтожаете свою страну, у вас всегда острый кадровый дефицит. Всегда очень короткая скамейка запасных». По мнению Делягина, сейчас, не понимая смысла, власти пытаются воспроизводить ритуалы советской эпохи. Но кадровая политика властей напоминает действия африканских племен, которые копируют модели домов и самолетов.